февраля 13, 2009

Турция действовала в Персии наступательно, она захватила ряд новых провинций, в том числе Ленкорань и Ардебиль6. Султан мечтал о том, чтобы Россия утратила свои прикаспийские завоевания 7.
В 1725—1729 гг. взаимоотношения России и Турции осложнялись в связи с напряженной междоусобной борьбой, развернувшейся внутри самой Персии между вторгнувшимся в страну афганским хажш Эшрефом, захватившим в 1725 г. Исфахан, и законным персидским шахом Тамас-пом 8. Эти внутренние междоусобицы облегчали Турции возможность вмешательства во внутренние дела Персии и отторжения от нее территорий. В то же время наличие внутренних междоусобиц в Персии отразилось на русско-персидских отношениях. В Персии тогда не желали подтверждать русско-персидский договор 1723 г.: его фактически не признавали и часто нарушали. Персидская война в сущности не прекратилась Петербургским договором 1723 г., и в течение ряда лет в занятых русскими войсками прикаспийских провинциях шла «вялая война», в результате которой России приходилось вновь подчинять отпадавшие от нее районы.
Вначале правительство Екатерины I не намеревалось отказываться от прикаспийских провинций, а собиралось только постепенно свертывать военные операции в Прикаспии. Позднее же Верховный тайный со^ет начал подготавливать уступку прикаспийских провинций задолго до фактической их передачи Персии 1. В марте 1726 г. в Верховном тайном совете было принято мнение о возможности уступить Персии Мазаыдеран, Аст-рабад и Гилян, но по «возможности стараться, дабы турки в тех местах не могли утвердиться». Вслед за этим были отменены предшествующие правительственные распоряжения об усилении военных сил на Кавказе 2.
Политика свертывания военных действий в прикаспийских провинциях и последующего отказа от них противоречила национальным интересам Русского государства помещиков и купцов. Тем не менее в конце 1725 и первой половине 1726 г. восточный вопрос в русской внешней политике был отодвинут на второй план: преувеличенное внимание правительства Екатерины I к «толштинским и курляндским делам» отвлекало его от более важных для России проблем в районе Каспия и Черного моря и приковало его к Прибалтике.
Враждебные России английское и французское правительства, стремившиеся нанести ущерб интересам балтийской политики России, всячески старались отвлечь ее от Балтики и осложнить ее отношения на юге с Турцией. Они поддерживали турецкое правительство в его агрессивных планах против России. По словам А. И. Остермана, Франция стремилась скорее высвободить Турцию от «персидских дел», а «потом по конъюнктурам употребить против Цесаря (Австрии.— Ред.) и против нас» (России.— Ред.) 3.
Весной и летом 1726 г. французская дипломатия всячески старалась помешать переговорам России с Австрией о союзе, натравливая Турцию против России 4.
После провала попыток русского правительства оказать содействие голштинскому герцогу в вопросе о Шлезвиге ввиду продолжавшейся ту-рецко-персрщской войны, создавшей угрозу русским завоеваниям в районе Каспийского   моря,   восточный   вопрос со второй   половины 1726 г. стал приобретать в русской внешней политике особую остроту и важность.
Несмотря на противодействие французской дипломатии, в июле 1726 г. был подписан русско-австрийский союзный договор, направленный в значительной мере на разрешение «восточных дел» (в отношении Турции и Персии).
Русско-австрийский союзный договор, заключенный в 1726 г., заметно укрепил международное положение России и несколько охладил воинственный пыл султанской Турции, тем более, что с 1726 г. она стала терпеть неудачи б Персии. Турецкие войска были изгнаны из Армении, потерпели поражение под Исфаханом и были отброшены афганцами к берегам Тигра.
После того как султан заключил мир с завоевателем Персидского государства афганским ханом Эшрефом, английская и шведская дипломатия начала усиленно подталкивать турецкое правительство на войну против России.
В 1727 г. после присоединения к Ганноверскому союзу шведское правительство заняло сугубо враждебную позицию по отношению к России. Во время пребывания в 1727—1728 гг. турецкого визирь-аги Мустафы Каз-бекчи в Стокгольме шведская дипломатия, совместно с английской и французской, провоцировала Турцию на войну с Россией и Австрией, заверяя, что, как только эта война начнется, Швеция выступит также против России К В связи с этим в конце 1727 и первой половине 1728 г. угроза турецкого нападения на Россию усилилась 2. Тем не менее в 1728 г. совместное выступление Швеции и Турции против России не состоялось. Турция, по словам испанского посла в России де Лириа (январь 1729 г.), не намеревалась в это время нападать на Россию. Турецкий султан, потерпевший поражение в Персии, не торопился обострять отношений с Россией. Он знал, что грузинский царь Вахтанг, покровительствуемый Россией, ожидал благоприятного случая, чтобы явиться в Грузию и изгнать оттуда турок 3.

Рубрика: Внешняя политика | |

Разделы

Партнеры сайта

МЕНЮ