февраля 13, 2009

В рескрипте русским уполномоченным от 3 августа 1737 г. А. И. Остерман указывал на слабую военную активность австрийцев, на невозможность и впредь ожидать от них помощи и на необходимость «сколько пристойно, сходно и возможно, заключение мира поспешить». Поэтому во изменение своей собственной первоначальной инструкции А. И. Остерман, понимая всю неосновательность заявленных требований, предлагал не настаивать на ранее намеченных границах, а потребовать перехода к России Очакова, Кинбурна, Азова и в случае согласия Турция тотчас заключить мир, не считаясь с состоянием австро-турецких переговоров. Мотивировалось это тем, как писал А. И. Остерман, что «мы — главнейшая воюющая партия, что мы чрез два года всю великую тягость войны одни нести принуждены были»; союзники ничем не помогли и в дальнейшем не приходилось ждать от них более активных действий. В секретном рескрипте русским уполномоченным указывалось на необходимость соблюдать чрезвычайную осторожность в отношении австрийских представителей и не оказывать им доверия, которое они могли бы использовать, «ко вреду и предосуждению интересов наших» . Недоверие к Австрии было вполне оправдано поведением на конгрессе ее представителей, которые возражали против русского требования независимости Валахии и Молдавии как препятствующего переходу этих земель к Австрии. Г. К. Остейн даже вручил формальный протест по этому вопросу, а относительно Крыма он говорил, что если русские представители будут настаивать на его присоединении, то не только прервутся переговоры, но и в течение 10 лет не удастся заключить мира, «к тому жь и другие государи до завладения Крыма не допустят»,— добавлял Остейн, выражая общие опасения по поводу дальнейшего усиления России. Австрийцы явно стремились к снижению русских требований в целях более верного обеспечения своих домогательств. По этому поводу, вполне уяснив себе роль Австрии, А. И. Остерман писал, что «сами турецкие министры вам о Крыме больше и с вящею злючестию ответствовать не могли, как гр. Остейн собою себя о том изъяснил».
Современный обозреватель событий писал о русско-австрийских отношениях в этот период: «Кажется, что между императорским и русским двором с недавнего времени установилась холодность. По крайней мере Франция прилагает все мыслимые усилия, чтобы убедить императора пойти на сепаратный, без России, мир с турками...». Дальше тот же автор кратко характеризовал отношение к России западных держав в следующих словах: «...По многим причинам считается желательным, чтобы Россия одна осталась в безвыходном положении и была немного ослаблена турками» 1. Нереальность программы Миниха и Остермана скоро обнаружилась, России пришлось отказаться от Крыма и пойти на другие уступки. Из программы оставались в силе следующие требования: установление границы по Нижнему Днестру, т. е. переход под русскую власть значительной части южной Украины, захваченной Крымским ханством; закрепление за Россией Азова и ногайских степей по берегу Азовского моря до Днепра с Кинбурном; юго-восточная граница устанавливалась по Кубани, полуостров Тамань переходил к России. Таким образом, отказываясь от Крыма, Буджака, Молдавии, Валахии и границ у нижнего Дуная, русская дипломатия фактически становилась на почву принципа uti possidetis.
Но и эти условия, так же как австрийские требования на Ниш с округом, Видин, Боснию, Валахию и Молдавию, встретили резкий отпор со стороны турок; Россия пошла на новую уступку, отказавшись от Тамани и требуя установления границы по Кубани. Признав необходимость заключения отдельного от Австрии мира, русская дипломатия желала все же сохранить союз с ней и не шла навстречу устремлениям турок, добивавшихся разрыва русско-австрийского союза.
Между тем австрийские силы, оставившие, как указывалось выше, дорогу на Константинополь, осадили Видин, рассчитывая, что он достанется им сравнительно так же легко, как и Ниш. Значение Видина заключалось в том, что он был ключом к Нижнему Дунаю и всему богатому району по его течению. Но осада Видина кончилась полной неудачей — отступлением австрийских войск к Оршове, а в начале октября 1737 г. турки уже стояли под Нишем и 18 октября овладели им.
Войска Австрии спешно отступали по всей линии. К концу 1737 г. австрийские армии почти не существовали, что не могло не отразиться на деятельности конгресса.
Зато попытка турецких и татарских войск вернуть Очаков не удалась. Во второй половине октября 1737 г. турецко-татарские войска подошли степями и берегом моря к Очакову и осадили его с суши и моря. Небольшой оставленный в нем русский гарнизон героически сопротивлялся, что заставило турецко-татарские силы снять осаду и уйти за Днестр.
Получив дипломатическую поддержку от Франции, Порта отвергла требования, предъявленные к ней в Немирове, и в начале октября 1737 г.
турецкие представители уехали с конгресса, который они использовали для выигрыша времени в надежде на разрыв русско-австрийского союза. Современник событий писал, что участие Австрии в войне лишь осложнило и затруднило для России решение стоявших перед ней задач . Неудачи австрийских войск только подняли дух в турецком лагере, в случае же неудачи австрийцев их чрезмерные требования помещали бы успеху конгресса и могли привести к расхождению с Россией на почве стремления Австрии контролировать русские стратегические планы и политические задачи. Несмотря на все это, Россия оставалась верной союзу с Австрией и предлагала ей совместные действия в наступающей кампании 1738 г. Однако Россия отказалась послать Австрии вспомогательный корпус, которого последняя добивалась 2.
Кампания 1738 г. в еще большей степени обнаружила, с одной стороны, полную неспособность и беспомощность высшего иностранного командования русской армией в составлении стратегических планов, а также в проведении военных действий, с другой — героизм русских солдат.
По намеченным планам, армия Ласси снова должна была вести наступление на Крым, но с поддержкой флота на Азовском море. Миних должен был идти за Днестр, осадить Бендеры и «искать с неприятелем баталию дать». Австрийцам предстояло держаться Дуная и осадить Ви-дин, притом они не должны были прекращать свои действия раньше русских.
Построенная на Днепре флотилия защищала Очаков с моря, и в Брянске продолжалось строительство мелких судов. О сложности снабжения армии можно судить по тому, что в обозе ее шло 50 тыс. лошадей.

Рубрика: Внешняя политика | |

Разделы

Партнеры сайта

МЕНЮ