февраля 13, 2009

Насущпой потребностью русского народа в первой четверти XVIII в. являлось создание обученных национальных кадров. Тогда было положено начало государственной системе светского образования, служившей подготовкой к гражданской и военной службе. Вторая четверть XVIII в.— время дальнейшего развития этой системы просвещения, формирования ее классовых особенностей, состоявших в обязательности и специализированности обучения для господствующего класса и недоступности его для крепостной массы населения.
Уже в начале XVIII века сложились прогрессивные для своего времени идеи о ценности образования и воспитания. Мысль о необходимости управления со стороны государства «народным» образованием, требование расширения сети школ и распространения элементарного обучения на низшие слои, включая крепостных крестьян, были высказаны В. Н. Татищевым, который внес значительный вклад в существовавшую систему образования созданием горных училищ на Урале. Против врагов просвещения, «хулящих учение», выступал в своих сатирах А. Д. Кантемир. Большое значение в развитии новых взглядов на воспитание имел известный, вышедший еще в 1720 г. и пе раз переиздававшийся во второй четверти XVIII в. учебник Ф. Прокоповича «Первое учение отроком». В нем автор подчеркивал роль воспитания и наставников, говорил о более человеческом отношении к низшим классам. Однако эти передовые взгляды отдельных представителей дворянства покоились на незыблемом при-зпании неравного права на образование для «шляхетства» и «подлости».
Из системы образования, обязательного для дворянства, введенной в первой четверти XVIII в., в дальнейшем привилось лишь то, что отвечало нуждам господствующего класса. Привилась техническая школа, открывавшая путь к государственный должностям. При этом, если в первой четверти XVIII в. двери этой школы были открыты не только для дворян, но частично для представителей других социальных слоев, то в дальнейшем техническое образование постепенно монополизируется в руках дворянства. Петровская навигационная школа, затем Морская академия, давшая стране таких крупных и разносторонних деятелей, как Ф. И. Соймонов, И. И. Неплюев, А. И. Нагаев, А. И. Чириков, в 1752 г. превратилась в Морской шляхетный кадетский корпус только для дворянских детей \ Основанные в начале XVIII в. в Москве и в Петербурге артиллерийские и инженерные школы были объединены в 1756 г., превратившись в дворянский корпус, названный в 1762 г. «Артиллерийским и инженерным шляхетным корпусом» 2. На чисто сословной дворянской основе был учрежден в 1731 г. первый кадетский корпус 3 —«Шляхетный», позже в отличие от других названный «Сухопутным».
На базе созданных учебных заведений правительство старалось проводить систему обязательного обучения дворянских недорослей. По указу 1736 г. дворянские дети, достигшие семи лет, переписывались, часть их, особенно из мелкопоместных дворян, распределялась по школам на казенный кошт 4, а остальным разрешалось домашнее образование, контролируемое особыми экзаменами — «осмотрами» в 12 и 16-летнем возрасте, а для получающих офицерское звание в 20 лет. Родителям, уклонявшимся от обучения детей, угрожала материальная ответственность, а безграмотным недорослям предстояло быть записанными в «матросы навечно». Фактически уровень домашнего дворянского образования оставался весьма низким, даже для второй половины XVIII в., что ярко показано в бессмертной комедии Фонвизина «Недоросль».
Система дворянского военного образования развивалась успешно. Кадетские корпуса, при серьезной материальной поддержке правительства, непрерывно расширялись и во второй половине XVIII в. давали армии и государственному аппарату значительные кадры офицерского и адми-нистативного состава. Так, Сухопутный корпус выпустил до 60-х годов XVIII в. свыше 1200 чел.; значительное число выпускали Морской, Артиллерийский и инженерный корпусы 5.
В учебную программу корпусов были включены политические и юридические науки, необходимые для будущих представителей чиновничьей верхушки государственного аппарата, а также общеобразовательные предметы, как грамматика, история, география, юриспруденция и др., что создавало крайне поверхностный «энциклопедизм» этого образования. Позже проводилась практика специальной подготовки части кадетов для гражданской службы с освобождением их от военных предметов. Что касается внушавшихся в корпусах «этических» воззрений, то их характеризует выдержавший несколько  изданий  переводной  учебник  Беллегарда  «Совершенное воспитание детей» (первое русское издание 1747 г.), в котором преподносились правила благопристойного поведения «благородной» иолодеяш. Здесь проповедовались два пути к счастью: «на войне служить и при лице самого государя быть», «обходительство» с двумя-тремя «умными» людьми признавалось полезнее всех школьных наук 1.
Таким образом подготавливались политически надежные люди, которые могли активно служить феодально-крепостническому строю.
Шире развивалась во второй четверти XVIII в. духовная школа. Предпосылками к этому были включение церкви в правительственный аппарат и необходимость подготовки духовенства, вполне преданного абсолютизму.
В 20-х годах XVIII в. был создан ряд начальных школ при архиерейских домах; уже в первые пять-шесть лет их насчитывалось более 45-ти и в них свыше 3000 учащихся. С 30-х годов XVIII в. развивалась сеть духовных школ тина средних учебных заведений, где давалось общее образование и лишь в последних классах преобладало богословие. Подобных школ в России насчитывалось к началу 40-х годов XVIII в. 17 с 2589 учащимися, а в начале 1760-х годов — 26   ив  них свыше 6000 учащихся 2.
Сеть духовного просвещения располагала также высшими учебными заведениями, в том числе двумя академиями: Киевской академией и Славяно-греко-латинской академией в Москве.

Рубрика: Культура | |

Разделы

Партнеры сайта

МЕНЮ