февраля 13, 2009

Крестьянские наделы, как и ранее, в большинстве случаев равнялись половине волоки и состояли чаще всего из двух частей: 1) земли «оседлой», с которой крестьяне несли основные повинности работой, продуктами, деньгами, и 2) земли «приемной», наделенной из пустовавших пахотных земель с условием уплаты за нее землевладельцу деньгами или натурой. «Приемная» земля часто в инвентарях не указывалась, ибо от нее крестьянин мог отказаться. Для получения четкого представления о хозяйстве литовского крестьянина и о характере и размере его повинностей приведем конкретный пример, который, правда, относится уже к концу интересующего нас времени, когда повинности стали увеличиваться. В имениях Шолково и Шовково в Укмергском повете, принадлежавших одному владельцу было 2 фольварка и 5 сел, в которых значилось 27 одно-волочных хозяйств, из них 3 — новоосаженых. 9 хозяйств насчитывали по 2 коня и 4 вола, 6 хозяйств — 1—2 головы рабочего скота, остальные — по 3—4 головы. 3 хозяйства были на чинше, остальные на барщине. Работали 3 дня в неделю с волоки, а с 23 апреля по 1 ноября — 6 дней. Кроме этого, зимой молотят хлеб, а женщины прядут, что двор дает. По требованию ходят па «гвалты», несут недельную стражу, ставят подводы, носят письма. Сверх этого, с каждого крестьянского двора получали чинша 6 злотых и «подымного» 3 злотых 25 грошей . В Пунской плебании в этом же году крестьяне с полволоки давали 6—10 злотых чинша и выполняли барщины два дня в неделю, кроме того, выставляли три подводы до Вильнюса и выходили в год на шесть «толок».
Восстановление экономики Литвы шло медленно. Во всех почти поместьях в 1740-х годах все еще имели место пустые крестьянские наделы. Восстановление поместного хозяйства даже к середине XVIII в. здесь еще не закончилось.
Крестьянская община в Литве в исследуемое время, особенно в государственных и церковных владениях, не только сохранилась, но компетенция ее в имениях, переведенных на денежный оброк, увеличилась. Она ведала землями общего пользования, во многих имениях, особенно государственных, в ее ведение были переданы пустующие земли. Община производила раскладку платежей, возложенных на село деньгами и продуктами, а такя^е сообща выполняла повинности по починке мостов, дорог и платила деньгами «корчемные пенязи» за право варить спиртные напитки.
К уставу Шауляйской королевской экономии была приложена пространная инструкция, описывающая деятельность общины, ее властей. Здесь администрация экономии сносилась с селом через войтов (глав общин) или в их присутствии.
Обязанностью войтов было1 следить за выполнением крестьянами своих повинностей феодалу и церкви; присутствовать при сдаче крестьянами войтовства чиншей, а также в суде и следить, чтобы не было злоупотребления со стороны администрации экономии; мирить поссорившихся крестьян и судить самому в вопросах о нарушении меж; бороться с захватами королевских земель и доходов соседней шляхтой.
В селах население избирало лавников, помогавших войтам. Они свидетельствовали перед администрацией правдивость показаний своих односельчан, осматривали убытки в потравах, нарушения меж, цроверяля изгороди, противопожарный инвентарь.
На деятельность общины в частновладельческих поместьях сильно влиял феодал, в особенности там, где он сам вел хозяйство. В них войт или тиун полностью зависели от владельца имения, жили иногда на барском дворе, на иждивении феодала и выполняли его волю.
В первой половине XVIII в. упадок в экономической жизни Литвы сказался и на состоянии городов, ремесла, торговли. Еще более сузился внутренний рынок, упал выпуск продукции городского ремесла. Уменьшалось число цехов и гильдий. Это можно видеть на примере Вильнюса. Вильнюс был большим торгово-промышленным центром страны. Здесь в XVI — XV4I вв. широко развивалось производство тканей. В городе в это время было два ткацких цеха: суконщиков и холстинщиков. В 1684 г. происходит процесс объединения в один цех, ввиду сокращения производства, суконщиков, ремесленников, изготовлявших одеяла, чулки и головные уборы, а в 1G97 г. этот цех по тем же, видимо, мотивам, объединяется и с цехом хмеховщиков.
В последующие десятилетия ремесло продолжало падать. О положении в ткацких цехах можно судить по тому, что хотя устав холстинщиков и разрешал каждому мастеру иметь четыре станка, но даже в 1750 г. лишь один ткач имел три станка, два — по два, а остальные не все даже по одному. В этом году всех ткачей-мастеров было 17, из них восемь мастеров были настолько бедны, что не имели станков .

Разделы

Партнеры сайта

МЕНЮ