февраля 13, 2009

Это нашло свое выражение в статьях, касающихся социальных отношений. Согласно адату, сохранялась кровная месть, но допускался выкуп взамен ее, называвшийся куном. При этом размер куна определялся социальным положением потерпевшего. За убийство султана или ходжи был установлен кун в семь раз больше, чем кун, который взыскивался за убийство рядового казаха 1. За обиду, нанесенную султану и ходже словом, согласно законам, взыскивалось девять голов скота, за побои — 27 голов. В случае неуплаты куна потерпевший феодал имел право захватить скот ответчика и его сородичей, т. е. произвести «барымту», которая не считалась воровством. Таким образом, был узаконен один из способов принуждения виновного к выполнению решений биев.
«Законы хана Тауке» охраняли жизнь рабов лишь постольку, поскольку смерть их являлась ущербом для хозяйства феодала, при этом стоимость раба приравнивалась к стоимости беркута или охотничьей собаки2.
«Законы» упрочивали и политическое господство феодальной знати. Совет биев при хане сделался постоянно действующим учреждением; были установлены регулярные осенние и майские собрания биев, обсуждавшие вопросы о войне и мире, межродовые споры и пр. Совет и собрания биев ограничивали власть хана; последний должен был считаться с решениями биев. Защищая устои патриархальной семьи, законы утверждали неполноправность казахской женщины.
«Законы хана Тауке» защищали интересы феодальной знати и патриархального семейного деспотизма, выражали правовой строй патриархально-феодального казахского государства, раздираемого феодальными междоусобицами и родовыми распрями.
Казахские ханства, остававшиеся феодально-раздробленными и слабыми, подвергались постоянным нападениям извне и находились под угрозой джунгарского порабощения. Но это было предотвращено благодаря свсе более укреплявшимся связям Казахстана с Россией.
После присоединения к России Казанского (1552) и Астраханского ханств (1556) границы Русского государства приблизились к территории Казахстана.
С ростом колонизации Западной Сибири возникшие на северных границах Казахстана русские города становились экономическими и культурными центрами далеких окраин. Русские поселенцы, состоявшие главным образом из черносошных крестьян, оседавших в Сибири в связи с организацией «государевой пашни», вплотную подошли к казахским аулам. В XVII в. они продвинулись и на юг по pp. Миассу и Ую, а также в восточные районы к Иртышу3.  Начиналось сближение двух народов,устанавливались экономические связи между Россией и казахскими ханствами. Оживились камский торговый путь, ведший в богатую пушниной Сибирь, и караванные пути, проходившие через казахские степи в торговые центры Средней Азии — Бухару и Хиву. Большое значение в торговле со Средней Азией имел караванный путь, направлявшийся из Тобольска через Иртыш к верховьям Мшима, ведший затем через казахские степи по реке Сары-Су к Туркестану и через Кзыл-Кумы к Бухаре. Другой торговый путь шел из Астрахани на Эмбу через хивинский оазис к Бухаре. Все большее значение в торговле России с Востоком приобретал полуостров Мангышлак, где проходили торговые пути, связывавшие Среднюю Азию и кочевую степь с Поволжьем. Русские торговые суда («бусы»), приходившие из Астрахани, обычно останавливались со своими товарами на пристанях Караганской 1 и Карбалыкской, через которые проходил путь по Каспийскому морю, направляясь к его юго-западному побережью, связанному сухопутным путем с Хивой и Бухарой.
Наиболее жизненными были пути, направлявшиеся из Бухары я Хивы к городам нижнего и среднего Поволжья: юго-западный, ведший из Самарканда и Бухары к Астрахани через Мерв и Мешхед, огибавший затем южное и юго-западное побережье Каспийского моря. Другой путь, ставший одной из основных артерий среднеазиатской торговли, вел от Бухары через Эмбу и Яик, направляясь затем через ногайскую степь к Самаре. Это была так называемая Ногайская дорога.
Из России в Среднюю Азию в XVII в. ввозились продукты русского промышленного производства: металлические изделия, выделанные кожи, ткани и пр. Часть этих товаров через русских и азиатских купцов поступала и в казахскую степь. Среднеазиатские купцы — посредники в торговле между Россией и Казахстаном — пригоняли в сибирские города скот, а также доставляли на русские рынки продукты казахского скотоводческого хозяйства (кожи, шерсть, войлок, мерлушки) и продукты степной охоты (шкуры лисиц и пр.).
В целях расширения экономических связей Западной Сибири с казахскими и среднеазиатскими ханствами в 1695 г. была разрешена беспошлинная торговля бухарцам, ногайцам и другим народам на наиболее ходовом пути, ведущем из Тобольска через центральные районы Казахстана в Среднюю Азию.
По мере того, как развивались экономические связи, устанавливались и крепли политические отношения. Уже в конце XVII в. встал вопрос о принятии казахскими ханствами подданства Русского государства, но противодействовали этому многие казахские феодалы.
С начала XVIII в. экономические и политические связи Казахстана с Россией еще более оживились. Казахские степи являлись своего рода «воротами» к торговым центрам Средней Азии и к более отдаленным восточным   рынкам. Ценность   этих   рынков, по словам   современников,осознавалась царем Петром I, который хотел «путь во всю полуденную Азию отворить».
В 1714 г. была отправлена в Среднюю Азию военная экспедиция подполковника И. Бухгольца, а в 1716—1717 гг. экспедиция А. Бековича-Черкасского. Одна из задач второй экспедиции заключалась в том, чтобы склонить к подданству России хивинского хана 1.
Этим экспедициям не удалось осуществить всех возложенных на них задач: А. Бекович-Черкасский и его отряд погибли в результате предательского нападения хивинских феодалов; экспедиция И. Бухгольца подверглась нападению джунгар в верховьях Иртыша2. Характерно, однако, что два русских офицера из экспедиции Бухгольца были освобождены из плена казахами, подоспевшими на помощь Бухгольцу, и доставлены п Тобольск. В своих «распросных речах» казахи заявили, что «хан их и вся казачья орда хотят в миру быть везде с людьми его царского величества» и готовы идти войной на джунгар 3.

Разделы

Партнеры сайта

МЕНЮ