февраля 12, 2009

Промышленность второй четверти XVIII в. продолжала развиваться в недрах феодального строя. Этот объективно-закономерный процесс осложнялся и в значительной степени задерживался в условиях своеобразной социально-политической обстановки второй четверти XVIII в. Окрепшее при Петре I дворянство добивалось дальнейших привилегий и влияния во всех сферах жизни, в том числе в области промышленности и торговли, значение которых в качестве источника обогащения оно уже оценило. Рост при Петре I купеческого класса, пользовавшегося покрови: тельством и получившего уже некоторые привилегии, вызывал в изучаемое время противодействие дворянства и стремление с его стороны ущемить начавшееся возвышение купечества. Иностранцы, получившие широкий доступ в Россию при Петре I и хлынувшие сюда в начале 1730-х годов, заняли привилегированное положение при дворе. Они стремились использовать это положение в своих интересах, расхищая народные средства и открывая широкую дорогу в Россию, к ее богатствам своим единоверцам и единоплеменникам.
Однако основным, общим условием, тормозившим, как и раньше, развитие промышленности и торговли, оставалось господство феодального строя, хотя ростки новых капиталистических отношений уже пробивали в нем брешь. При наличии натурального хозяйства и крепостных отношений в деревне экономика страны развивалась медленно. Феодальная собственность на землю и неполная собственность на работника производства при содействии политической надстройки, укреплявшей феодальный базис, не только не ослаблялась, но и усиливалась. Путем новых раздач земля и все, что с нею было связано, а также рабочие руки в еще большей степени сосредоточивались в руках господствующего класса. Противоречия между растущими новыми производительными силами и феодальными производственными отношениями становились более явственными.
Как и в предшествующее время, «широким основанием» для развития товарного    производства    являлись   мелкие    городские   и   крестьянские промыслы, несмотря на то, что во второй четверти XVIII в. условия для их существования и развития, как увидим ниже, были менее благоприятны. О распространении этих промыслов в начале данного периода свидетельствует широчайшее обращение на внутреннем рынке промышленных товаров, являвшихся изделиями мелкого производителя. Сельскохозяйственные орудия, мелкие железные изделия и посуда, дешевые ткани и обувь, так же как многочисленные дешевые украшения (медные перстни, запонки, серьги, кокошники и др.) не вырабатывались па мануфактурах первой четверти XVIII в.; все это выходило из рук мелкого производителя города и деревни, работавшего уже на всероссийский рынок.
Количества обращавшихся на внутреннем рынке изделий говорят сами за себя, а неприхотливость их свидетельствует о том, что их главный потребитель — широкие массы населения города и особенно деревни; в таможенных записях многие товары прямо определяются как «крестьянские».
Огромное количество всевозможных железных изделий хозяйственного назначения — сковород, ополовников и чумичей , кирок, топоров, лопат, кос, сох, замков и больше всего разного сорта гвоздей — вывозилось из Архангельской, Нижегородской, а главным образом из Новгородской и Московской губерний. Все это по преимуществу продукция мелкой крестьянской промышленности. В этих губерниях, можно сказать, не было крупных заводов, да они вообще почти не вырабатывали подобных вещей. «Крестьянские» ножи, «тверские» замки, «галицкие» удила, «павловские» ножи и ножницы выходили также из мелкой мастерской крестьянина или городского ремесленника. Павлово во второй четверти XVIII в. становится крупнейшим центром железоделательных промыслов. В 1730 г. шведский путешественник Страленберг писал, что «жители этого города все суть замошники или кузнецы, делают очень чистую работу и известны по всей России» 2.
В середине XVIII в. и позднее в Павлове продолжали вырабатываться, кроме разнообразных ножей и ножниц, «преизрядные ружья и замки, из коих иные так малы, как горошинка, однако сделаны весьма искусно, отпираются и запираются» 3.
Мелкое металлургическое производство процветало и в других местах. Пошехонье славилось своими железными изделиями — топорами и сохами, гвоздями и котлами; в Норской слободе под Ярославлем выделывали гвозди, в Угличе — безмены, в Бежице — косы, серпы, в Осташкове — скобки, якори, гвозди.
Сибирь в части, отдаленной от Урала, в значительной степени обходилась изделиями местных деревенских и городских ремесленников и товаропроизводителей, о чем свидетельствуют их списки по городам Томску, Иркутску, Енисейску. Здесь хотя и делались попытки организации заводов, однако крупное производство в изучаемое время еще не наладилось.
В западные области Сибири изделия из центральной России поступали в больших количествах. С другой стороны, в самом насыщенном заводами (районе центра — Тульском уезде — немало было деревенских промыпь ленников, которые копали руду и «в малых домщщах» выделывали железо, продавая его тульским оружейникам. В одном из списков тульских оружейников. 1730-х годов, вслед за самими оружейниками, идет перечень 39 «железного дела промышленников, которые при Тульской оружейной слободе <и обретают-ца у промыслов своих, а оружейного дела не имеют» \— это те, кто частично доставлял железо тульским специалистам. Из России железные изделия через Свенскую ярмарку и другими путями поступали на Украину, включившуюся уже в развивавшийся всероссийский рынок. Кроме того, они выделывались на месте из сыродутного железа, добывавшегося из дерновых руд в северных уездах Левобережной Украины, а также из заводского тульского железа, привозившегося сюда 2.

Разделы

Партнеры сайта

МЕНЮ