февраля 12, 2009

В стекольной промышленности, кроме 10 заводов, зарегистрированных в Мануфактур-коллегии, несомненно, было много аналогичного типа предприятий, возможно, меньшего размера. Попадавшие в списки коллегии предприятия, очевидно, были наиболее крупными. На заводе Осипа Янкея, например, в 1743 г. было сделано 30 тыс. бутылок, 10 ящиков оконного стекла, 200 четвертных скляниц, 2 тыс. хрустальных стаканов и 1000 таких же рюмок4. На старой, возникшей в первой четверти XVIII в. мануфактуре Мальцева работало 67 чел. В составе продукции значились бокалы с гербами и тонкие резные рюмки. За первую половину XVIII в. стекольное производство сделало большие успехи. В первой четверти  XVIII в. хрусталь и зеркала русской работы были редкостью; во второй четверти XVIII в. и то и другое вырабатывалось почти на каждой из десяти зарегистрированных мануфактур. По поводу мальцевской фабрики ревизор Ме-женинов с порицанием заметил, что на ней перестали вырабатывать зеркала; производство же стекла и хрусталя «уже в Российской империи за помощью божиею не в диковинку стало» ; итак, то, что было еще недавно «диковинкой», перестало быть ею в изучаемое время.
К химической промышленности относилось прежде всего производство пороха. Оно иопрежнему сосредоточивалось в Петербурге; пороховые и се-литренные заводы были также на Украине, серные — в Поволжье. Поташные казенные заводы находились в Нижегородском, Арзамасском, Саранском, Кадомском уездах, т. е. в большей своей части на территории Мордовии. В 1732 г. специальным указом предписывалось вырабатывать на них по тысяче бочек поташа в год. К заводам были приписаны три волости, в которых насчитывались 17 тыс. податных душ 2.
Краски, сурик, белила, купорос вырабатывались разными производителями, мелкими и покрупнее. Некоторые из последних доводили свои предприятия до значительных размеров; так, продукция завода Нестерова за 1744 г. составляла 80 тонн. У Киреева работа производилась в 11 помещениях: в девяти «покоях» разбивали свинец и листы и квасили на белила, в двух «лили» белила, в двух делали сурик 3, но являлись ли эти «заводы» предприятиями типа мануфактуры или простой кооперации, за отсутствием данных определить нельзя. В середине XVIII в. на четырех красочных заводах вырабатывалось 111 тоны белил и 41 тонна сурика, а также бакан и берлинская лазурь, охра и т. д.; по качеству изделия не уступали импортным 4.
Бумажное производство с самого начала требует специального оборудования и концентрации рабочей силы; технологический его процесс распадается на несколько последовательных этапов, которые предполагают разделение труда. Эти положения в полной мере относятся к бумажным мануфактурам второй четверти XVIII в.; последние были оборудованы ролами 5, не практиковавшимися ранее. В 1740-х годах русские бумажные фабрики имели не по одному ролу: у Масалова—четыре рола, у Соленикова — шесть, у Евреинова — четыре рола и пять прессов. Но самой крупной была бумажная мануфактура Гончарова при его полотняной мануфактуре. Здесь для производства бумаги употреблялись отходы от полотняного дела. Тряпье рубили в пяти палатах; в амбарах в 12 ступах при помощи воды его толкли, а затем тряпье поступало в амбары, оборудованные 22 ролами.
При помощи их тряпье размешивалось, размельчалось и отжималось. Возможная производительность фабрики определялась в 1000 стоп 1. Работники на отдельных бумажных мануфактурах насчи тывались десятками. За исключением двух карточных мануфактур, все остальные бумажные мануфактуры находились вне Москвы, а некоторые даже на далеких окраинах, например Медведева — в Тобольске. Кроме писчей бумаги разных сортов, расходившейся прежде всего па казенным учреждениям, вырабатывалась для военных нужд особая бумага для патронов и «картузов» для артиллерийских зарядов 2. В пеструю группу «прочих» мануфактур входят разнообразные по специальности предприятия — позументные и мишурные, шляпные и чулочные, игольные, проволочные, пуговичные и др. Некоторые из них были потому времени крупными: на плащильной мануфактуре Докучаева работала 247 чел., на пуговичной Кузнецова — 71, на позументной Милютина — 50. В устройство последней, по словам владельца, он вложил 25 тыс. руб.; сум ма продукции достигала 15—20 тыс. руб. Остальные были меньше, но и их заведение стоило нескольких тысяч рублей. При обследовании большинство «прочих» мануфактур получило положительные отзывы: «мастерства доброе», или «производит с охотой и усердием».
В некоторых случаях производство настолько усовершенствовалось что можно говорить о возникновении новой отрасли промышленности. Так было, например, в области керамики. В 1730-х годах на первом русском керамическом заводе Гребенщикова (возник в 1724 г.) стала вырабатываться майоликовая посуда, а в 1740-х годах здесь же был открыт секрет изготовления фарфора, и началось производство фарфоровой посуды 3. Оно было вполне освоено и получило более широкое распространение.с возникновением в конце 1740-х годов фарфорового завода в Петербурге, на котором работал ученый технолог Д. И. Виноградов.
Новинкой была мануфактура по производству цветного стекла и мозаичных изделий из него, основанная М. В. Ломоносовым 1.
Разнообразные «прочие» мануфактуры работали на вольный рынок; кожевенные - частично на внешний. Появление и расширение данных мануфактур диктовалось ростом спроса на соответствующие изделия среди населения. Кожи и краска, простое стекло, иголки и проволока шли в руки массового потребителя; замша и пуховые шляпы, хрусталь и позументы, музыкальные инструменты удовлетворяли запросы если не привилегированной, то во всяком случае имущественно обеспеченной среды. Естественно, что организаторами этих предприятий были исключительно купцы, знавшие рынок.
Итак, мануфактурное производство сделало значительный шаг вперед во всех отраслях промышленности в течение второй четверти XVIII в. Не боясь преувеличения, можно сказать, что в ведущих отраслях металлургии и текстиле,— сравнительно с концом первой четверти XVIII в., оно увеличилось в два с половиной раза. Достаточно сказать, что на текстильных мануфактурах к концу изучаемого времени насчитывалось 5,5 — 6 тыс. станов.    Производства    совершенствуются,    появляются   новые    отрасли промышленности. Усложняется организационная структура промышленного предприятия вследствие применения раздачи работы на дом. Частное предпринимательство, особенно купечества, играет все большую роль, хотя уже в это время увеличивается количество владельцев мануфактур, с одной стороны, из дворян, с другой — из крестьян. В условиях ручной техники и примитивной экономики производства (способ заготовки дров и угля) уже на этой стадии развития мануфактурная промышленность требовала большого количества рабочих рук.
На казенных уральских заводах непосредственных участников производства, являвшихся постоянными рабочими, насчитывалось около 2500 чел. и в приписных слободах и деревнях — 78 тыс. чел., из числа которых фактически работали 4 с небольшим тысячи. Последние выполняли главным образом работы вне завода по заготовке руды и топлива, но частично непосредственно участвовали в производстве. На 15 уральских заводах Демидова постоянных работников было 12 тыс. с лишним, да в приписных деревнях — 5700 чел.1. Зная нормы обеспечения рабочей силой единицы оборудования — одного стана в текстильной промышленности,— можно высчитать в грубых чертах, какое количество рабочих рук требовалось, в то время в данной отрасли промышленности.
В 1750 г. в результате опроса фабрикантов в Мануфактур-коллегии были выработаны следующие нормы обеспечения стана: у полотняного «всякого ровно» по 4 чел., у шелкового с перебором — 4 чел., без перебора — 3 чел., у суконного — 14 чел., у каразейыого — 5 2. Умножая эти нормы на количество станов, имевшихся на полотняных, суконных и шелковых мануфактурах в начале 1750-х годов, мы получаем: для первых требовалось приблизительно 14 тыс., для вторых — 9 тыс., для третьих — 3,5 тыс., а всего около 27 тыс. человек.

Разделы

Партнеры сайта

МЕНЮ